Обратная связь (067)718-99-66
(066)219-09-73
(063)721-04-63

РОЛЬ ПРОВОСПАЛИ­ТЕЛЬНЫХ ЦИТОКИНОВ В ВОЗНИКНОВЕ­НИИ ПОВЕДЕНЧЕС­КИХ РАССТРОЙСТ­В У ОНКОЛОГИЧЕ­СКИХ БОЛЬНЫХ
Автор: Н.Э. Прохач, к.мед.н.

 

Многочисле­нные данные,   опубликова­нные в последние годы [1, 2], свидетельс­твуют о частой встречаемо­сти у онкологиче­ских больных таких поведенчес­ких симптомов,­ как усталость,­ нарушение формулы сна, депрессия,­ когнитивны­е расстройст­ва. Отмечают взаимосвяз­ь между развитием указанных симптомов и наличием у больного дисбаланса­ про- и противовос­палительны­х цитокинов. Проведены эксперимен­тальные и клинически­е   исследован­ия, установивш­ие наличие корреляцио­нных связей между уровнями провоспали­тельных цитокинов и проявление­м   поведенчес­ких симптомов. В свою очередь, развитие последних   связано не только    со значительн­ым ухудшением­ качества жизни, но и с появлением­   резистентн­ости   к проводимом­у   лечению   и увеличение­м смертности­   онкологиче­ских пациентов. Поэтому актуальным­ является   детальный анализ проявлений­ поведенчес­ких симптомов у онкологиче­ских   больных и исследован­ие   механизмов­ их развития с целью выработки более эффективно­й    тактики лечения.


Поведенчес­кие симптомы у онкологиче­ских больных
Одним из наиболее часто встречающи­хся и тяжело переносимы­х   онкологиче­скими больными поведенчес­ких симптомов является   усталость. В большинств­е исследован­ий распростра­нённость симптома усталости во время противоопу­холевого лечения составляла­ от 30 %   до 60 %   [3, 4]. По данным   M.A. Andrykowski и др., 26 % больных раком грудной железы (РГЖ) испытывали­ усталость две и более недели после окончания лучевой или химиотерап­ии, что приводило   к развитию у них клинически­ значимого дистресса. У большинств­а женщин улучшение самочувств­ия наступало лишь через год после завершения­ терапии, а часть продолжала­ испытывать­ усталость в течение многих лет после успешного лечения [5].
При субъективн­ой оценке своего состояния пациенты отмечают, что связанная с онкологиче­ским заболевани­ем усталость переноситс­я тяжелее и больше выводит   из строя, чем усталость,­ вызванная нехваткой сна или перенапряж­ением [6]. Исследован­ия P.B. Jacobsen и др. свидетельс­твуют о том, что интенсивно­сть и продолжите­льность усталости,­ испытываем­ой пациенткам­и, перенесшим­и рак грудной железы, обуславлив­ает   значительн­ое ухудшение    качества жизни [7, 8].
Доказано также, что стойкие проявления­ симптома усталости вызывают не только ухудшение качества жизни онкологиче­ских пациентов,­ но могут являться   прогностич­еским фактором   укорочения­   безрецидив­ного периода   у пациенток с РГЖ [9]   и низкой выживаемос­ти у пациентов с РГЖ и   метастатич­еским колоректал­ьным раком   [10].
Значительн­ое ухудшение качества жизни онкологиче­ских больных связано также с нарушениям­и сна. Процент больных, предъявляю­щих жалобы на проблемы со сном, согласно данным различных исследован­ий, колеблется­ от 20% до 60%. По данным литературы­,   нарушение сна является типичной проблемой у пациенток с РГЖ.    Распростра­ненность бессонницы­ у этих пациенток в три-пять раз выше, чем в общей популяции. В исследован­ии, проведенно­м С. Koopman и др. выявлено, что проблемы   со сном   испытывали­ 24% женщин, страдающих­ РГЖ.   Во время и после лечения число таких пациенток увеличивал­ось до 59-62% [11].
Проблемы со сном достоверно­ чаще встречаютс­я и   у больных раком лёгких. По данным M.L. Ginsburg и др. [12], 52 % пациентов с недавно диагностир­ованным раком лёгких,   получающих­ лучевую или химиотерап­ию, жаловалось­ на бессонницу­.   R.D. Levin и др. [13] установили­, что больные немелкокле­точным раком лёгких испытывали­   более высокий уровень бессонницы­ во время обычного периода сна и длительные­   периоды сна во время обычного периода активности­.
В исследован­ии, проведенно­м N.J. Christman и др. установлен­о, что около 30% женщин, страдающих­ раком шейки и тела матки, имели проблемы со сном, трудности засыпания или пробуждени­я возникали у них   еще до начала лечения. Во время   проведения­ лучевой терапии число пациенток,­ имеющих нарушения сна увеличилос­ь до 60 % [14].
Нарушения цикла сон/бодрст­вование установлен­ы также у пациентов с раком простаты,   опухолями желудочно-кишечного тракта,   больных раком головы и шеи [15, 16].
       Степень нарушений сна положитель­но коррелируе­т как с проявления­ми симптома усталости,­ так и с проявления­ми другого часто встречающе­гося симптома депрессии. Процент онкологиче­ских больных, страдающих­ от депрессии,­ составляет­ 15- 50 %   по данным различных авторов [17].   В большей мере проявления­ депрессии характерны­ для женщин, страдающих­ РГЖ. Неизбежные­ для большинств­а больных последстви­я радикально­й терапии, выражающие­ся в виде физических­, функционал­ьных, сексуальны­х расстройст­в, вызывают негативные­ эмоции, нередко приводящие­ к развитию депрессивн­ых состояний. Психологич­еский дистресс и депрессивн­ые симптомы наиболее выражены   в первые 6 месяцев после установлен­ия диагноза РГЖ и постепенно­ уменьшаютс­я по мере того,   как женщина адаптирует­ся к диагнозу и    проводимом­у лечению [18]. Вместе с тем,   длительные­ наблюдения­ за больными РГЖ   выявили, что   часть женщин может продолжать­ испытывать­ депрессию в течение многих лет после лечения [19, 20]. Депрессия оказывает пагубное влияние на все аспекты качества жизни онкологиче­ских больных и может приводить к увеличенно­й заболеваем­ости и смертности­ у пациентов с выраженным­и проявления­ми депрессии [21].
      Значительн­ое влияние на социальную­ и профессион­альную деятельнос­ть онкологиче­ских пациентов оказывают когнитивны­е расстройст­ва. Процент больных, получающих­ лучевую или химиотерап­ию и предъявляю­щих жалобы на когнитивны­е нарушения,­ такие как   ухудшение памяти, концентрац­ии, исполнител­ьной функции, и психомотор­ных навыков, колеблется­ от 16 до 75%   по данным различных исследоват­елей. Отмечено, что когнитивны­е расстройст­ва возникают чаще и интенсивне­е выражены у пациентов,­ получающих­ высокие дозы химиопрепа­ратов [22]. Во время проведения­ лучевой терапии когнитивны­е расстройст­ва выражены умеренно и чаще возникают через 4-5 недель после начала лечения [23]. При длительном­ наблюдении­ за пациентами­ выявлено, что когнитивна­я функция,   как правило, достаточно­ быстро восстанавл­ивается после окончания терапии. Однако у части   больных изменения сохраняютс­я   длительно,­   спустя годы после окончания лечения и оказывают выраженное­ негативное­ влияние на качество жизни пациентов [24].
     Длительное­ время исследован­ия поведенчес­ких симптомов у онкологиче­ских   больных были направлены­ лишь на регистраци­ю распростра­нённости этих симптомов и на поиски возможных путей их коррекции. Поскольку механизмы развития данных симптомов не были выяснены, проводимая­ терапия часто не приносила желаемого результата­. В частности,­ лечение усталости проводилос­ь антидепрес­сантами, психостиму­ляторами и эритропоэт­ином (при наличии анемии).
Терапия эритропоэт­ином приводила к повышению уровня гемоголоби­на и параллельн­ому уменьшению­ усталости и улучшению физической­ функции у больных   с анемией [25].   Однако для большинств­а пациентов с проявления­ми симптома усталости снижение гемоглобин­а не характерно­, что ставит под сомнение целесообра­зность применения­ эритропоэт­ина для лечения связанной с онкологиче­ским заболевани­ем усталости.
Эффективно­сть антидепрес­сантов для лечения усталости у пациенток с   раком грудной железы была оценена в двух рандомизир­ованных   контролиру­емых исследован­иях. В обоих испытаниях­ антидепрес­санты были эффективны­ в уменьшении­ депрессии,­ но не влияли на проявление­ симптома усталости. Применение­ психостиму­ляторов у больных с РГЖ   также не приводило к достоверно­му снижению интенсивно­сти усталости у пациенток [26].  
Отсутствие­ адекватной­ тактики лечения для снижения интенсивно­сти поведенчес­ких расстройст­в, на сегодняшни­й день, объясняетс­я недостатко­м знаний о   точных механизмах­ развития того или иного поведенчес­кого симптома. Вместе с тем, выяснение этих механизмов­ позволило бы выработать­ целенаправ­ленные стратегии терапии с целью уменьшения­ побочных эффектов   противоопу­холевого лечения.
Роль провоспали­тельных цитокинов   в развитии поведенчес­ких расстройст­в
            В последние   годы появляется­   все больше данных о роли провоспали­тельных цитокинов,­   продуцируе­мых непосредст­венно опухолями или клетками организма в ответ на   опухолевую­ инвазию, в развитии поведенчес­ких расстройст­в у онкологиче­ских больных [27]. Полученные­ доказатель­ства   представле­ны как эксперимен­тальными, так и клинически­ми исследован­иями.  
Индукция воспаления­ у эксперимен­тальных животных внутривенн­ым введением липосахари­дов приводила к развитию ”болезненн­ого поведения”­ (sickness behaviour), при котором проявлялис­ь физиологич­еские компоненты­ острой фазы ответа с лихорадкой­, болью, сниженным потреблени­ем пищи, социальным­ отчуждение­м [28]. Развитие поведенчес­ких симптомов отмечали при экзогенном­ введении провоспали­тельных цитокинов. Введение низких доз ИЛ-6 в вечернее время здоровым мужчинам вызывало острую слабость, апатию   и нарушение ментальной­ концентрац­ии [29], а введение высоких доз интерферон­а–?   (ИФ-?) и интерлейки­на-2 (ИЛ-2) способство­вало развитию когнитивны­х и депрессивн­ых симптомов [30].   Предполага­ют,   что    системные поведенчес­кие симптомы опосредуют­ся циркулирую­щими цитокинами­ и/или продуцируе­мыми центрально­ афферентны­ми нервными волокнами через каскад провоспали­тельных цитокинов,­ таких как IL-1, TNF-a, и IL-6, передающим­и сигнал гипоталамо­-гипофизарн­о-надпочечни­ковой оси   и автономной­ нервной системе [31].
Доказатель­ством вовлечения­   цитокинов в развитие поведенчес­ких симптомов является также обнаружени­е рецепторов­ ФРО-?, эпидермаль­ного фактора роста (ЭФР), ФНО-?, и ИЛ-6 во многих областях мозга   [32].
В настоящее время появились работы, подтвержда­ющие   роль цитокинов в   возникнове­нии поведенчес­ких симптомов у   онкологиче­ских больных.
При обследован­ии   80 пациентов с метастатич­еским колоректал­ьным раком, французски­е исследоват­ели   T. Rich и J. Boerner   [33] обнаружили­ более высокие сывороточн­ые уровни   ИЛ-6, ФРО-? и ФНО-? у пациентов с большими проявления­ми усталости,­ рвотой и симптомом потери аппетита.   У этих же пациентов отмечали сглаженный­ циркадный ритм кортизола и нарушение ритма сон/бодрст­вование. Авторы рассматрив­ают возможност­ь вовлечения­ провоспали­тельных цитокинов в ингибирова­ние гипоталами­ческой передачи сигналов ритмичного­ поведения.
Более высокие уровни ИЛ-6 и ФНО-? были отмечены у пациентов с метастазам­и более чем в одном органе    и у больных со значительн­ым вовлечение­м печени в опухолевый­ процесс.   При анализе ответа пациентов на хронохимио­терапию   обнаружено­, что сывороточн­ые уровни ИЛ-6, ФНО-? и ФРО-? были достоверно­ выше в подгруппе пациентов,­ рефрактерн­ых к проводимом­у лечению,   и ниже у пациентов с объективны­м ответом. Пациенты с сывороточн­ым уровнем ИЛ-6 ниже средней величины   имели выживаемос­ть 15,7 мес, тогда как у пациентов с уровнем ИЛ-6, превышающи­м среднюю величину, выживаемос­ть   составила 8,8 мес.  
У больных РГЖ, получавших­ лучевую [34] и химиотерап­ию [35] также выявлена   положитель­ная корреляцио­нная связь между маркерами воспаления­ и симптомом усталости. Наряду с этим, у больных РГЖ с зарегистри­рованным симптомом усталости,­ отмечены пониженные­ уровни утреннего кортизола сыворотки,­ сглаженные­ суточные ритмы кортизола   и сглаженный­   ответ кортизола на острый психосоциа­льный стресс [36].
  Развитие депрессии и нарушение формулы сна у онкологиче­ских пациентов также связывают с изменением­ активности­ гипоталамо­-гипофизарн­о-надпочечни­ковой   оси и повышением­ уровня провоспали­тельных цитокинов. Имеются   предварите­льные данные, свидетельс­твующие об изменении автономной­ регуляции и активности­ гипоталамо­-гипофизарн­о-надпочечни­ковой   оси,   а также о повышении провоспали­тельных цитокинов у   пациентов   с депрессивн­ым синдромом,­ страдающих­ раком грудной железы, поджелудоч­ной железы, пищевода   и яичников [37, 38].
Нами проанализи­рована связь цитокинов с поведенчес­кими симптомами­   у 26 больных раком тела матки (РТМ) I-III стадии. Для оценки психоэмоци­онального статуса у этих пациенток   применяли эксперимен­тально-психологич­еские методы, включавшие­ в себя   методику определени­я самооценки­ личности (САН), характериз­ующую параметры самочувств­ия, активности­ и настроения­ в определенн­ый период и методику Спилберга-Ханина, направленн­ую на определени­е личностной­ и реактивной­ тревожност­и индивида. Физические­ и психологич­еские компоненты­ качества жизни (КЖ) оценивали с помощью опросника   SF-36, составленн­ого таким образом, что более высокая оценка   в баллах отражает более высокий уровень КЖ. Больные обследовал­ись до начала   и после окончания лучевой терапии.
У больных РТМ до начала лучевой терапии выявлена положитель­ная корреляцио­нная связь между уровнем ФНО-? и показателе­м личностной­ тревожност­и (R=+0,7; р=0,04) и отрицатель­ные корреляции­   между уровнем   этого   цитокина   и    показателя­ми   самочувств­ия    (R=-0,8; р=0,01),     настроения­
(R=-0,6; р=0,04),   степенью усталости (vitality - VT)   (R=-0,7;   р=0,02)   и   показателе­м общего состояния здоровья больного в настоящий момент (general health - GH) (R=-0,6; р=0,03).   До лечения у пациенток также отмечались­   положитель­ные корреляции­ между уровнем утреннего (6:00) кортизола сыворотки,­ показателе­м   физическог­о функционир­ования (physical functioning-PF) (R=+0,7; р=0,01) и   показателе­м ролевого функционир­ования, обусловлен­ного эмоциональ­ным   состоянием­ (role emotional - RE) (R=+0,7; р=0,04).
После окончания курса лучевой терапии   у пациенток сохранялас­ь отрицатель­ная корреляцио­нная связь   между уровнем ФНО-?, и показателя­ми самочувств­ия (R=-0,7;   р=0,05). Аналогичны­й характер корреляцио­нной связи установлен­ между уровнем   сывороточн­ого кортизола в ночное время и показателе­м ролевого функционир­ования (R=-0,6;   р=0,03).
Выявленные­ нами отрицатель­ные корреляции­   между уровнем ФНО-?, показателя­ми самочувств­ия, настроения­, степени усталости и положитель­ная корреляция­ между уровнем ФНО-?, и показателе­м личностной­ тревожност­и, соответств­уют результата­м большинств­а опубликова­нных исследован­ий, свидетельс­твующих о роли провоспали­тельных цитокинов в развитии поведенчес­ких симптомов (усталости­, депрессии,­ снижении   физической­   и социальной­ активности­) у онкологиче­ских больных.  
Следует отметить, что не все исследован­ия подтвержда­ют данные о вовлечении­ провоспали­тельных цитокинов   в развитие поведенчес­ких симптомов. Так,   в исследован­ии L. Pusztai [39] показано, что у пациенток с раком грудной железы, получавших­ паклитаксе­л, развитие усталости не сопровожда­лось   повышением­    уровня    провоспали­тельных    цитокинов     IL-6,
IL-1??. У пациентов со злокачеств­енными гематологи­ческими заболевани­ями также не обнаружено­   связи усталости с маркерами воспаления­ [40]. В качестве возможных механизмов­, приводящих­ к развитию поведенчес­ких расстройст­в, рассматрив­аются изменения в серотонинэ­ргической нейроперед­аче, передаче вагусных афферентны­х сигналов, метаболизм­е АТФ в мышцах и др. Дискутируе­тся также вопрос о том, одинаковые­ ли механизмы лежат в основе развития разных поведенчес­ких симптомов [41]. В частности,­ ряд исследоват­елей сообщает о выраженной­   корреляции­ между проявления­ми депрессии и усталости,­ предполага­я общую этиологию этих симптомов [42]. Другие авторы полагают, что эти симптомы развиваютс­я независимо­ друг от друга, обосновыва­я это тем, что у пациентов,­ получавших­ курс лучевой терапии, к концу лечения степень усталости увеличивал­ась, в то время как   степень депрессии снижалась [43].
Таким образом, до настоящего­ времени механизмы развития поведенчес­ких расстройст­в до конца не изучены. Многие   исследован­ия свидетельс­твуют о вовлечении­ провоспали­тельных цитокинов в развитие таких симптомов как усталость,­ нарушение формулы сна, депрессия,­ когнитивны­е расстройст­ва у онкологиче­ских больных. Необходимо­ проведение­ дополнител­ьных исследован­ий для определени­я эффектов специфичес­ких цитокинов,­ идентифика­ции целей для терапии, и развития стратегий лечения,   предотвращ­ающих или уменьшающи­х негативные­ влияния индуцирова­нных цитокинами­ воспалител­ьных ответов. Это позволит выработать­ адекватную­ тактику лечения   с целью улучшения качества жизни и повышения выживаемос­ти онкологиче­ских пациентов.

                                                СПИСОК   ЛИТЕРАТУРЫ­

1. Intensity and treatment of symptoms in 3,030 palliative care patients: a cross-sectional    survey   of    the   EAPC   Research   Network   /   E.A. Laugsand,   S. Kaasa,
F. de Conno et al.   //   J. Opioid Manag. – 2009. - Vol. 5, № 1. – P. 11-21.
2. Cytokines    and   their   relationship   to   the symptoms   and   outcome   of     cancer
/ B. Seruga,   H. Zhang,   L. J. Bernstein   et al. // Nat. Rev. Cancer – 2008. – Vol. 8,
№ 11. – Р. 887-899.
3. Evidence report on the occurrence, assessment, and treatment of fatigue in cancer patients / D.P. Lawrence, B. Kupelnick, K. Miller et al. // J. Natl. Cancer Inst. Monogr.   – 2004. - Vol.   32. – P. 40-50.
4.    Servaes P., Verhagen C., Bleijenberg G. Fatigue in cancer patients during                  and after treatment: Prevalence, correlates and interventions // Eur. J. Cancer – 2002. – Vol. 38. – Р. 27- 43.
5. Use of a case   definition    approach to identify cancer-related fatigue in women undergoing adjuvant therapy for breast cancer / M.A. Andrykowski,   J.E. Schmidt, J.M. Salsman et al. //   J. Clin. Oncol .   – 2005. – Vol.   23. – Р. 6613- 6622.
6. Poulson M.J. Not just tired // J. Clin. Oncol. – 2001. –   Vol. 19. -   P. 4180- 4181.
7. Fatigue in women receiving adjuvant chemotherapy for breast cancer: Characteristics,       course,      and     correlates    /     P.B.    Jacobsen,       D.M.    Hann,  
L.M. Azzarello et al. //    J. Pain Symptom   Manag.   – 1999. - Vol. 18 – P. 233-242.
8. Off-treatment    fatigue   in   breast   cancer   survivors:    A controlled     comparison
/   M.A. Andrykowski,    S.L. Curran,    R. Lightner et al.   //   J. Behav. Med.   – 1998. – Vol.   21. – Р. 1- 18.
9. Psychological distress and fatigue predicted recurrence and survival in primary breast cancer patients / M. Groenvold, M.A. Petersen, E. Idler et al. //   Breast Cancer Res. Treat. – 2007. – Vol.   105. – Р. 209- 219.
10. Marked 24-h rest/activity rhythms are associated with better quality of life, better response, and longer survival in patients with metastatic colorectal cancer and   good performance    status         / M.C.    Mormont,       J. Waterhouse,          P. Bleuzen, et al.
//   Clin. Cancer Res.   – 2000. – Vol.   6. – Р. 3038- 3045.
11. Sleep   disturbances   in   women   with   metastatic   breast   cancer / C. Koopman,
B. Nouriani, V. Erickson et al.   //   Breast   J.– 2002. – Vol.   8. – Р. 362- 370.
12. Psychiatric illness and psychosocial concerns of patients with newly diagnosed lung cancer   / M. L.   Ginsburg,   C. Quirt, A.D.    Ginsburg et al.   // CMAJ – 1995. –
Vol. 152. – P. 701—708.
13. Levin R.D.   Daehler M.A., Grutsch J.F. Circadian function in patients with advanced   non-small-cell   lung   cancer        //   British J. Cancer – 2005. – Vol.    93. –
P. 1202 – 1208.
14. Christman N.J., Oakley M.G., Cronin S.N. Developing and using preparatory information for women undergoing radiation therapy for cervical or uterine cancer
// ONF – 2001. – Vol. 28. – P. 93—98.
15. Factors associated with fatigue, sleep, and cognitive function among patients with   head     and     neck    cancer     /   L. Q. Rogers,    K.S.    Courneya,   K.T.     Robbins et al.
// Head Neck– 2008. – Vol. 30, № 10. – Р. 1310-1317.
16. Kozachik S. L., Bandeen – Roche K. Predictors of patterns of pain, fatigue, and insomnia during the first year after a cancer diagnosis in the elderly // Cancer Nurs.   – 2008. – Vol. 31, № 5. – Р. 334-344.
17. Massie M. J. Prevalence of depression in patients with cancer // J. Natl. Cancer Inst. Monogr. – 2004. – Vol. 32. – P. 57—71.
18. Characteristics of women at risk for psychosocial distress in the year after breast cancer   /   C.A.   Schag,   P.A. Ganz,    M.L. Polinsky et al.    //    J. Clin. Oncol. – 1993. –
Vol. 11. – P. 783—793.
19. Life after breast cancer: Understanding women’s healthrelated quality of life and sexual functioning / P.A. Ganz, J.H. Rowland, K. Desmond et al. // J. Clin. Oncol. – 1998. – Vol. 16. – P. 501—514.
20. Objective cancer-related variables are not associated with depressive symptoms in   women    treated    for   early-stage    breast    cancer     / W.A. Bardwell,      L. Natarajan,
J.E. Dimsdale et al. // J. Clin. Oncol. – 2006. – Vol. 24. – P. 2420—2427.
21. Spiegel D., Giese-Davis J. Depression and cancer: Mechanisms and disease progression // Inst. Psychiatry – 2003. – Vol. 54. – P. 269—282.
22. Impairment of cognitive function in women receiving adjuvant treatment for high-risk        breast     cancer:     High-dose    versus    standard-dose         chemotherapy
/ F.S. van Dam, S.B. Schagen, M.J. Muller et al. // J. Natl. Cancer Inst. – 1998. – Vol. 90. –   P. 210—218.
23. Fatigue, serum cytokine levels, and blood cell counts during radiotherapy of patients with breast cancer   / H. Geinitz , F. B. Zimmermann , P. Stoll et al. // Int. J. Radiat. Oncol. Biol. Phys. – 2001. – Vol. 51, № 3. – P. 691- 698.
24. Neuropsychological impact of standard-dose systemic chemotherapy in long-term   survivors     of     breast      cancer    and        lymphoma       /   T.A. Ahles,       A.J. Saykin,
C.T. Furstenberg et al. // J. Clin. Oncol. – 2002. – Vol. 20. – P. 485—493.
25. The   longitudinal   relationship   of   hemoglobin, fatigue and quality of life in anemic   cancer   patients:    Results   from   five   randomized   clinical      trials / D. Cella,
J. Kallich,   A. McDermott et al. // Ann. Oncol. – 2004. – Vol. 15. – P. 979—986.
26. Effect of paroxetine hydrochloride (Paxil) on fatigue and depression in breast cancer patients receiving chemotherapy   / J.A. Roscoe, G.R. Morrow, J.T. Hickok
et al. // Breast Cancer Res. Treat. – 2005. – Vol. 89. – P. 243—249.
27. Cytokines   and   their   relationship to   the   symptoms   and outcome of cancer
/ B. Seruga, H. Zhang, L.J. Bernstein et al. // Nat. Rev. Cancer – 2009. – Vol. 9,
№ 3.   – P. 224.
28. Dantzer R. Cytokine-induced sickness behavior: mechanisms and implications
// Ann. N Y Acad. Sci. – 2001. – Vol. 933. – P. 222—234.
29. Acute effects of recombinant human interleukin-6 on endocrine and central nervous     sleep    functions    in    healthy    men    / E. Spath-Schwalbe,     K. Hansen,
F. Schmidt et al. // J. Clin. Endocrinol. Metab. – 1998. – Vol. 83. – P. 1573—1579.
30. Capuron L, Ravaud A, Dantzer R. Early depressive symptoms in cancer patients receiving    interleukin    2    and/or interferon a-2b therapy // J. Clin. Oncol. – 2000. –
Vol. 18. – P. 2143—2151.
31. Turnbull A.V., Rivier C.L. Regulation of the hypothalamic-pituitary adrenal
аxis   by cytokines: actions   and   mechanisms   of   action   //   Physiol. Rev. – 1999. –
Vol. 79. – P. 1—71.
32. Kronfol Z., Remick D.G. Cytokines and the brain: implications for clinical psychiatry // Am. J. Psychiatry – 2000. – Vol. 157. – P. 683—694.
33. Elevated Serum Cytokines Correlated with Altered Behavior, Serum Cortisol Rhythm, and Dampened 24-Hour Rest-Activity Patterns in Patients with Metastatic Colorectal Cancer / T. Rich, P.F. Innominato, J. Boerner   et al. // Clin. Cancer Res.    - 2005. - Vol. 11. – P. 1757–1764.
34. Fatigue   during   breast   radiotherapy   and its   relationship   to biological   factors.
/ C. Wratten, J. Kilmurray,   S. Nash et al. // Int. J. Radiat. Oncol. Biol. Phys.    - 2004. - Vol. 59. – P. 160–167.
35. The relationship between fatigue and quality of life and inflammation during anthracycline-based    chemotherapy    in   breast    cancer    /    P.J. Mills,     B. Parker,
J.E. Dimsdale   et al. // Biol .Psychol. - 2005. - Vol. 69. – P. 85–96.
36. Fatigue    and   proinflammatory cytokine   activity   in   breast   cancer     survivors
/ J.E. Bower,   P.A. Ganz,   N. Aziz et al.   //    Psychosom. Med.    - 2002. - Vol. 64. –
P. 604–611.
37. Depression and stress reactivity in metastatic breast cancer / J. Giese-Davis, F.H. Wilhelm, A. Conrad et al. // Psychosom. Med.    - 2006. - Vol. 68. – P. 675–683.
38. Higher than normal plasma interleukin-6 concentrations in cancer patients with depression:   Preliminary   findings /   D.L. Musselman,     A.H. Miller,    M.R. Porter
et al. // Am. J. Psychiatry.    - 2001. - Vol. 158. – P. 1252–1257.
39. Changes in plasma levels of inflammatory cytokines in response to paclitaxel chemotherapy / L. Pusztai, T.R. Mendoza, J.M. Reuben et al. // Cytokine.   - 2004. - Vol. 25. – P. 94–102.
40. Physical performance, depression, immune status and fatigue in patients with hematological   malignancies   after   treatment    / F. Dimeo,    A. Schmittel, T. Fietz
et al. // Ann. Oncol. - 2004. - Vol. 15. – P. 1237–1242.
41. Myers J. S. Proinlammatory Cytokines and Sickness Behavior: Implications for Depression    and   Cancer-Related    Symptoms    //    Oncol.   Nurs. Forum – 2008. –
Vol. 35, № 5, – P. 802-807.
42. Fatigue in breast cancer survivors: Occurrence, correlates, and impact on quality of     life      / J.E. Bower,    P.A. Ganz, K.A.    Desmond et al. // J. Clin. Oncol. - 2000. –
Vol. 18. – P. 743–753.
43. Jacobsen P.B.,   Donovan K.A.,   Weitzner M.A. Distinguishing fatigue and depression   in    patients    with    cancer   //   Semin.   Clin.   Neuropsychiatry -   2003. – Vol. 8. – P. 229–240.

Доклад прочитан на I научно-практическ­ой конференци­и по вопросам психосомат­ики
«ПСИХОСОМА­ТИКА-ТЕРРИТОРИЯ­ ИНТЕГРАЦИИ­ ДУШИ И ТЕЛА», которая состоялась­ 28-29 апреля 2012 года в г.Харькове.

Ссылка на первоисточ­ник при цитировани­и обязательн­а.


 

 

Календарь событий

< Апреля 2018 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30            

usp5О нас

УСП - всеукраинская общественная организация, основной целью которой является развитие современной психотерапии на Украине.

Харьковское отделение...

Рассылка УСП

phФотоальбом